Елена Васильева: ГУЛАГ возвращается?
Совсем недавно отмечали 75-ти летний юбилей УФСИН ГУЛАГа. Итак, 25 января сего года по инициативе Главного Управления Федеральной Службы Исполнения Наказаний РФ по Пермскому краю в России отпраздновали необычный юбилей — 75-летие создания одного из звеньев печально знаменитого сталинского ГУЛАГа, так называемого "Усольлага".
Мероприятие это вполне доброжелательно освещалось в местной и центральной российской прессе. Видеорепортаж о связанных с этой датой торжествах, сопровождаемый текстами, напоминающими риторику сталинской эпохи, демонстрировали по местному телевидению. В нем фигурировали парадные цифры из послужного списка "юбиляра". Говорилось, в частности, о "миллионе кубометров древесины", заготовленной этим исправительным учреждением за годы его существования. Что преподносилось как пример умелой организации труда. При этом участники торжеств ни словом не обмолвились о той страшной цене, которую заплатили за этот "миллион кубометров" трудившиеся на лесоповалах Усольлага тысячи и десятки тысяч заключенных в пик его "расцвета", который пришелся на 30-е — 40-е годы прошлого столетия.
Ни слова не было сказано о том, что заключенные-рабы "исправительно-трудовых лагерей" ГУЛАГа массово погибали в нечеловеческих условиях "исправительных работ". Равно как и о действовавшей в те годы налаженной системе "рекрутирования" рабочей силы для лесоповалов — немотивированных "арестах" невинных людей, которых превращали в лагерных рабов.
Справедливости ради подчеркнем, что данное "торжество" вызвало бурную негативную реакцию в пока еще относительно свободно функционирующей российской блогосфере. Благодаря этому, вновь всплыли страшные цифры "успешной деятельности" виновника торжеств. Сегодня, наверное, все знают (или хотя бы слышали) о сталинских репрессиях, о миллионах замученных, убитых и в лучшем случае — превращенных в рабов в сталинских лагерях (подобных Усольлагу).
После выхода на Западе книги А. Солженицына "Архипелаг ГУЛАГ" весь мир с содроганием узнал не только о разветвленной системе лагерей в СССР, но и о том, что, по сути, вся страна Советов являла собой двухуровневый "трудовой лагерь". На одном уровне — места заключения и рабский труд. На другом — "заключенные", находившиеся снаружи. Такие же заложники советского режима, но — с несколько большей личной свободой в пределах всеобщего советского "лагеря".
Прекрасно знали, что именно они празднуют, и участники состоявшегося 25 января "торжества". Что делает это торжество — настоящим кощунством, глумлением над памятью сотен тысяч замученных в системе ГУЛАГа и, в частности — в Усольлаге.
Совершенно чудовищно звучали и "юбилейные речи". Так, полковник УФСИН Ерофеев, заявил, что ветераны Усольлага (то есть те, кто палачествовал) под крышей этого "исправительного учреждения" в 30-40-х годах, сумели сохранить и передать молодым славные традиции — "...верность Родине, взаимовыручка, уважение к ветеранам". Что ж, процитирую одну статистику из архивных документов: "С середины 1937 г. система мест заключения оказалась в новых условиях. Власть развязала массовый террор в самых жестоких формах. Достаточно отметить, что число расстрелянных увеличилось с 1.118 в 1936 г. до 353.074 в 1937 г. (ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1. Д. 2740. Л.42.). В места заключения хлынул невиданный поток. За 9 месяцев (с 1 июля 1937 г. по 1 апреля 1938 г.) число заключенных в ГУЛАГе увеличилось более чем на 800.000, превысив 2 миллиона единовременно сидящих. Во второй половине 1937 г. и в 1938 г. для руководства страны важнейшей стала карательная функция мест заключения, куда теперь "сбрасывали" избежавших расстрела. Для самого же ГУЛАГа главными проблемами стали прием, размещение, организация охраны и создание хотя бы видимости трудового использования этого гигантского потока людей (цит. по Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. М., 1998). Первым следствием новой репрессивной политики была поспешная организация уже в августе 1937 г. сразу семи (!) лесозаготовительных лагерей (Ивдельского, Каргопольского, Кулойского, Локчимского, Тайшетского, Томско-Асинского и Устьвымского), с одновременной реорганизацией Лесного сектора ГУЛАГа в Лесной отдел (ГАРФ. Ф. 9414. Оп. 1. Д. 1140. Л. 140–141; Д. 1155. Л. 20–22).
Уже в октябре 1937 г. в санотделе ГУЛАГа появляются первые сведения о смертности заключенных в этих лагерях (Там же. Д. 2740. Л.62, 63). К 1 января 1938 г. в них находилось более 80.000 заключенных. В начале 1938 г. добавляются еще шесть лесных лагерей — Вятский, Красноярский, Онежский, Северо-Уральский, Унженский и (интересующий нас, 75-летие которого с такой помпой отметили в Перми) Усольский ИТЛ (Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. М., 1998).
Невероятно высокой была смертность среди заключенных лесных лагерей в 1938 г., в том числе и Усольского. В декабре согласно отчетным данным общая смертность по новообразованным лагерям составляла 2.415, в январе 1938 г. — 3.343, в феврале — 3.244, в марте — 3.040 человек. Это составляло в среднем чуть меньше половины заключенных, числившихся умершими за этот период по всем лагерям (ГА РФ.Ф.Р.9414.Оп.1.Д.2740.Л.53).
Результаты создания новых лагерей, в том числе, и Усольского, были ужасающими: за первые полгода существования — более 12,5 тысяч умерших, 1.272 беглеца, более 20 тыс. нетрудоспособных, в том числе, около 5 тыс. инвалидов.( О.В.Хлевнюк. — Хозяин: Сталин и утверждение сталинской диктатуры / М.: РОССПЭН, 2010). Для сравнения напомню, что в концлагерях Рейха (Дахау, Заксенхаузене, Матхаузене и Бухенвальде) за весь 1938 г. (а не за полгода) умерло 1.406 человек.
Иначе говоря, в абсолютных цифрах только в лесных лагерях ГУЛАГа за полгода 1938-го умерло в 9 раз больше, чем в четырех самых крупных лагерях нацистской Германии за весь 1938 год (The Order of Terror:The Concentration Camp by Wolfgang Sofsky Translated from the German by William Templer. Издание Princeton Universery Press, 1999).
Чтобы понять всю масштабность катастрофы со смертностью в этот год, приведем совсем грустное сравнение. В одиозном и печально знаменитом концлагере Бухенвальд в 1938 г. уровень смертности колебался у 10% отметки. Сравните относительные показатели смертности с удельными цифрами смертности, приведенными выше. Это — не мемуары лагерников, не работы Солженицына и Шаламова. Это — архивные данные самого ГУЛАГа...
С началом войны ситуация в лагерях лесной промышленности становится катастрофичной даже по сравнению с остальными лагерями ГУЛАГа. В ИТЛ наибольшая смертность наблюдалась в декабре 1941 года именно в лесных лагерях. Так, в Ивдельлаге умерло 1.213 заключенных, Усольлаге — 1.105 человек. Всего по Усольлагу за 1941 и 1942 гг. умерло 6.741 человек... Характерно, что даже за 1944 г. Усольлаг среди лесных лагерей ГУЛАГа имел самую высокую смертность и заболеваемость ( ГОПАПО. Ф. 4460. Оп. 1. Д. 62, 41).
В Усольском ИТЛ умерло за 1944 год 4.017 заключенных, что составило 16,4% среднегодовой численности заключенных. Бухенвальд, для сравнения, показал в 1944 году 15% смертности". Вот такие "факты из жизни юбиляра"... Что здесь можно добавить? Вместо того, чтобы стыдиться этими позорными этапами советской истории, здесь раскручивают некую "ностальгию по славным, легендарным и героическим временам".
Следует отметить, что, в отличие от гитлеровской Германии, сталинская система трудовых лагерей ставила перед собой иную задачу: не истребить как можно большее количество "неполноценных" заключенных, но — извлечь из заключенных максимальную пользу, превратив их в рабов, эксплуатируя до тех пор, пока заключенный-раб не умрет от недоедания и болезней. Как метко заметил один из российских писателей-диссидентов, СССР населяли люди двух категорий: те, кто сидел, и те, кто их охранял. Причем, ко второй категории причислялись далеко не только тюремщики, но и — "мирные граждане" Советской страны, включая врачей и учителей. А также, возможно, в первую очередь — и работников культуры.
Ибо все они, в конечном счете, обслуживали тех же тюремщиков и всю советскую гигантскую лагерную систему. Кто — врачуя, кто — воспитывая, а кто — развлекая "советский народ". Судя по ужасающим "праздникам", в современной России наступили времена считать все это — достижениями. Сейчас российской власти, видимо, нужно быстро найти в истории России последнего 100-летия, которое прошло, по сути, под знаменем Советской империи, что-нибудь "хорошее, славное".
Но, как известно, кроме отдельных монументальных достижений советской власти — станции метро, спутники и т.д. — для людей было создано лишь рабство.
В целом эта система всеобщего российского рабства была достаточно стройной. И отличалась дикостью и человеконенавистничеством. Система стремилась отнять у своих рабов — все. При этом внушить, что каждый день жизни советского человека — подвиг во имя жизни и свободы! — что, по сути, было истиной, но наоборот.
Именно эти приемы применены ныне действующей властью по отношению к населению своей страны. Те, кто сегодня вершит судьбы России (как раз — те самые "не стареющие душой ветераны Советского Союза", 40-летние, 60 летние, 70-летние), ностальгируют по прошлому во главе с Президентом. Однако отрешиться от целого века советского прошлого — значит признать, что жизнь нескольких поколений "советских людей" прошла впустую и полнилась позором. Что созданная дедами и отцами система была огромной тюрьмой.
Кстати, сегодняшняя, сильно искажающая историческую реальность "тоска" по советской стабильности, когда "у всех была еда" и т.д. — типичная ностальгия по тюремному благополучию. Именно в тюрьме гарантирована крыша над головой, трехразовое питание и прочее.
Стабильность тюрьмы предполагает наличие даже некой культурной программы (в тюрьме показывают кино, устраивают концерты самодеятельности и выступления приезжих мастеров культуры). И если к этому быту привыкнешь, больше, как будто бы, ничего и не надо.
И вся политика России сейчас направлена на возврат в те самые времена, когда послушное большинство молчаливо смотрит развлекательные программы, и идет в строго заданном направлении. В результате, безвкусные и хамские "юбилеи" бандитского беспредела кремлевских головорезов, к нашему позору, возрождаются повсеместно.
Елена Васильева
Источник: kasparov.ru